В Грузии начали принимать заявления на получение денежной компенсации для вынужденных переселенцев. Вместо квартиры государство предлагает по 10 тысяч лари на каждого члена семьи. Для одних это возможность получить хоть какую-то помощь после 30 лет ожидания, для других — оскорбление. Почему люди соглашаются на деньги, которых может не хватить на покупку жилья, и не становится ли добровольный выбор вынужденным решением после десятилетий ожидания?
«Лучше, чем ничего»
19 октября на «КПП Ингури» с самого утра многолюдно. С восьми часов люди направляются в сторону Зугдиди. Вскоре становится понятно, с чем связан необычно плотный поток: часть очереди оказывается у городского Дома юстиции. На прилегающей территории собираются люди разных возрастов, преимущественно старше 40 лет. Все они — вынужденные переселенцы, которые пришли подать заявления на получение компенсации в размере 10 тысяч лари. Это первый день приёма заявок в рамках новой правительственной программы.
О её запуске 12 октября объявил премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе. Вынужденным переселенцам предлагают деньги вместо жилья. Участие в программе добровольное. Приём заявлений начался 19 октября и продлится до 2 ноября включительно.
С момента объявления инициатива вызвала волну критики, прежде всего со стороны самих вынужденных переселенцев. Многие назвали предложение насмешкой: по их словам, на такую сумму невозможно купить не то что недвижимость, но и участок на кладбище. Однако нашлись и те, кто всё же решил заполнить заявку.
Среди них — 58-летняя Тамила. Она родом из села в Гальском районе. После войны её семью приютили родственники в Зугдиди. Спустя время родители Тамилы вернулись домой, а сама она осталась жить на подконтрольной Тбилиси территории.
За всё это время, рассказывает женщина, кроме ежемесячного пособия в 45 лари, она не получала от государства другой помощи. Годами подача заявления на получение квартиры казалась ей бессмысленной: она понимала, что в очереди есть люди, которые нуждаются в жилье сильнее, и не рассчитывала набрать необходимое количество баллов.
Несколько месяцев назад Тамила всё же решила обратиться за квартирой. «Когда-то же настанет и моя очередь», — рассуждала она. Но после объявления новой программы женщина передумала ждать.
«Когда я получу квартиру? Через 10 лет? Зачем мне квартира, когда мне уже 70 будет? Что я с ней буду делать? Да и то не факт, что и через 10 лет получу. Лучше возьму деньги, я и мои дети. 30 000 лари. Хотя бы на что-то использую с толком. В общем, это лучше, чем ничего», — говорит она.
Для Тамилы компенсация — возможность получить помощь сейчас, а не ждать ещё неизвестно сколько лет. Объявляя программу, Ираклий Кобахидзе заявил, что с учётом числа вынужденных переселенцев на полное решение жилищного вопроса потребуется ещё как минимум десять лет.
Масштаб проблемы подтверждают и статистические данные. По состоянию на конец 2025 года в Грузии были зарегистрированы более 300 тысяч вынужденных переселенцев и 97 280 семей со статусом ВПЛ. Согласно докладу Народного защитника Грузии за 2025 год, почти половина из них, 45 160 семей, по-прежнему не получили долгосрочного жилья. Кроме того, к концу 2025 года в стране продолжали функционировать здания, представляющие повышенную опасность для жильцов. В 19 таких объектах проживали 385 семей вынужденных переселенцев.
Проблему усугубляют задержки государственных программ расселения. Согласно докладу Народного защитника, в 2025 году планировалось переселить ВПЛ в новые или отремонтированные здания в Тбилиси, Зугдиди, Кутаиси, Рустави и Боржоми. В установленные сроки завершить процесс удалось лишь частично — в Кутаиси и Тбилиси. В остальных городах расселение перенесли на последующие годы.
Тамазу 65 лет, и половину своей жизни он ждёт собственного жилья. Предлагаемую государством сумму он называет издевательством, но понимает, почему люди соглашаются на неё.
«Конечно, это копейки! Эти деньги идут получать люди, которых загнали в угол, в том числе и я. Мы не смогли получить жильё, да и не сможем, я уверен. Поэтому вынуждены согласиться на такую компенсацию. Пусть никто не испытает той трагедии и унижения, через которые прошли мы! Вынужденные переселенцы в таком положении уже 30 лет, что готовы согласиться и на такое», — говорит он.
Этери, ещё одна собеседница у Дома юстиции, тоже считает, что для многих переселенцев возраст и состояние здоровья становятся решающими факторами. Не все уверены, что успеют дождаться собственного жилья.
«Сколькие знают, что скоро умрут. Квартиру они просто даже не успеют получить. Лучше деньги возьмут. Сделают ремонт хотя бы там, где живут».
Сама Этери живёт в Гали — она вернулась туда после войны. Утром 19 октября женщина пересекла «КПП Ингури», чтобы подать заявление на компенсацию. Решение таких жителей самопровозглашённой республики Абхазия воспользоваться программой вызывает критику со стороны некоторых других переселенцев.
«Мы годами просим повысить пособие в 45 лари, но нас игнорируют. Для тех, кто живёт в Гали, 10 000 лари — деньги, а что делать тем, кому действительно нужна крыша над головой? Что купит семья из пяти человек на 50 000 лари? Да ничего!» — говорится в одном из комментариев под новостью об очередях у дома Юстиции в Facebook.
Среди тех, кто пришёл подать заявление, действительно есть люди, вернувшиеся после войны в свои дома по ту сторону Ингури. Однако, как отмечают правозащитники, возвращение домой не отменяет пережитых потерь и самого факта вынужденного перемещения. Кроме того, наличие дома не означает, что все жилищные и социальные проблемы человека решены, особенно в условиях жизни на неподконтрольной территории. Государство, по их словам, должно учитывать реальные потребности всех граждан, пострадавших от войны.
Цена вопроса
Единовременная денежная помощь на приобретение жилья — не новый для Грузии механизм. Государство использует его и для поддержки других групп населения. Например, экологические мигранты могут получить 30 тысяч лари на покупку жилья. Кроме того, действует целевая программа расселения многодетных семей, которые не имеют собственного жилья или живут в тяжёлых условиях. На приобретение недвижимости в её рамках предусмотрена помощь в размере до 50 тысяч лари.
Размер выплат установлен и в программе «Дом в селе», в рамках которой государство помогает семьям приобретать жильё в сельской местности. Семьям из одного человека выделяют 22 тысячи лари, из двух человек — 25 тысяч. По мере увеличения числа членов семьи сумма на каждого последующего человека значительно сокращается.
По словам правозащитников, люди, формально соответствующие критериям участия в таких программах, продолжают жить в тяжёлых условиях, поскольку не могут найти жильё по цене, которую позволяет покрыть государственная помощь.
В случае с вынужденными переселенцами остаётся открытым и вопрос о том, как рассчитывалась компенсация в размере 10 тысяч лари на человека. Именно на это обращает внимание неправительственная организация «Центр социальной справедливости», которая предупреждает о рисках новой программы.
«Ответственные ведомства не предоставили разъяснений по этому вопросу. Это вызывает подозрения в том, что сумма определена произвольно и без учёта исследования рынка недвижимости или других релевантных данных. Даже если семья состоит из нескольких человек и общая сумма компенсации достигает нескольких десятков тысяч лари, она всё равно значительно уступает нынешней стоимости жилья. Это создаёт риск, что семьи переселенцев без накоплений не смогут приобрести жильё даже после получения государственной выплаты», — говорится в заявлении НПО.
Главный аргумент властей заключается в том, что программа добровольная и предоставляет ВПЛ дополнительный способ решить жилищный вопрос. Однако правозащитники считают, что одной лишь добровольности недостаточно, чтобы гарантировать защиту интересов людей.
Риск бездомности
После получения компенсации переселенцы лишаются возможности претендовать на жильё от государства в будущем. Поэтому пользователи социальных сетей призывают людей не торопиться с решением и внимательно оценить последствия.
«Пусть кто-нибудь объяснит этим людям, что на этом закончится „забота“ о них со стороны государства, и в будущем они больше ничего не получат, тем более жильё», — пишут пользователи под новостями в социальных сетях.
«Центр социальной справедливости» также предупреждает: выплата может не решить жилищную проблему семьи, а, напротив, усилить её социальную уязвимость и повысить риск бездомности.
Организация отмечает, что получение компенсации может быть разумным решением для семей, у которых уже есть жильё или определённые накопления. В таком случае государственная помощь способна дополнить имеющиеся средства и позволить приобрести подходящую недвижимость. Но для семей, которые не имеют собственного жилья и живут в тяжёлых условиях, ситуация принципиально иная.
«Вместе с государственной помощью они могут получить сумму, достаточную для обеспечения достойных жилищных условий. Однако это не оправдывает системное решение властей, при котором переселенцы отказываются от права на долгосрочное жильё в обмен на значительно меньшую денежную выплату. Хотя получение компенсации является добровольным, в условиях многолетнего ожидания и тяжёлого социального положения согласие на единовременную выплату может оказаться для семей не свободным выбором, а единственным доступным способом выйти из безвыходной ситуации», — пишет НПО.
Защитник прав ВПЛ и администратор Facebook-группы «Вынужденные переселенцы для вынужденных переселенцев» Ираклий Торуа критически относится к решению переселенцев соглашаться на выплату. Но в опубликованном в группе видео он говорит и о причинах, которые могли привести к очередям на получение 10 000 лари.
«Я представляю себя защитником прав ВПЛ, выступаю на телеканалах и кричу, что этот государственный проект — насмешка над людьми. А потом вижу, что выстроились очереди, и невольно задаюсь вопросом: может, я ошибаюсь? Напишите в комментариях, действительно ли вы считаете эту программу хорошей. „Грузинская мечта“ привела вас к этой ситуации. Годами вас заставляли ждать, ориентироваться на баллы, но так и не выделили достаточно средств, чтобы своевременно обеспечить вас жильём. А теперь предлагают взять эти 10 тысяч лари, брошенные вам, как кость, и больше не задавать вопросов. Но, как оказалось, наше общество полно охотников за такими костями. Власти говорят, что жилья вам, возможно, не видать ещё десять лет. Это лишь усиливает ощущение безысходности. Но, соглашаясь на компенсацию, вы отказываетесь от реальной возможности когда-нибудь получить полноценное жильё. Мне жаль, что за эти годы власти сделали всё, чтобы поставить вас в такое положение, в котором вы готовы согласиться на любые условия. За всё это время во власти так и не нашлось человека, который сказал бы: давайте положим конец этим страданиям и наконец выделим необходимые средства», — говорит Торуа.
«Центр социальной справедливости» отмечает, что проблема не ограничивается размером выплаты. Речь идёт и о том, какие обязательства государство должно сохранять перед людьми, которые потеряли свои дома в результате войны. Если программа получит широкое распространение, число семей, ожидающих расселения, может сократиться. Но это не обязательно будет означать, что столько же семей действительно решили жилищную проблему.
По словам правозащитников, государство не должно использовать длительное ожидание и социальную уязвимость вынужденных переселенцев для сокращения своих обязательств.
«Государство не может считать свои обязательства перед переселенцами выполненными только на основании выплаты компенсации, если проблема отсутствия жилья остаётся нерешённой. Мы считаем, что государство не должно использовать длительное ожидание и социальную уязвимость вынужденных переселенцев для сокращения своих обязательств перед ними. Программа денежной компенсации может считаться механизмом, ориентированным на защиту прав переселенцев, только в том случае, если она действительно позволяет удовлетворить их жилищные потребности и не становится причиной утраты возможности получить долгосрочное жильё в обмен на недостаточную финансовую помощь», — говорится в заявлении «Центра социальной справедливости».
Организация призывает установить чёткие гарантии того, что семьи вынужденных переселенцев, которые не смогут купить подходящее жильё на полученную компенсацию, не останутся без дальнейшей государственной поддержки.
Подписывайтесь на нас в соцсетях