Одним из первых кадровых решений Марата Камболова на посту исполняющего обязанности президента Южной Осетии стало освобождение от должности министра внутренних дел Эрислава Мамиева, после чего последовала целая серия увольнений в милицейском ведомстве. Общественность восприняла эти действия как «генеральную чистку» в МВД, которая должна создать условия для нормальной работы министерства и помочь вернуть доверие граждан к милиции.
Каждый президентский срок в Южной Осетии начинается с установления личного контроля над силовым блоком республики. Так повелось ещё с девяностых годов прошлого века, когда потери в междоусобных конфликтах были сопоставимы с фронтовыми. После признания независимости эта традиция сохранилась — за тем лишь исключением, что из неё выпали вооружённые силы. После того как югоосетинские военнослужащие перешли на службу в российскую армию, местное Минобороны — это примерно рота солдат-срочников, несколько боевых офицеров, почётный караул и духовой оркестр. Оставшуюся половину составляют бухгалтеры, специалисты по кадрам, кладовщики и мёртвые души.
На сегодняшний день в контроле над силовым блоком республики принципиальны две позиции — министерство внутренних дел и генеральная прокуратура. Поэтому традиционно новоизбранный президент первым делом начинает кадровые перестановки именно в этих ведомствах.
МВД — самая дееспособная силовая структура
МВД — самая многочисленная и дееспособная силовая структура республики. Более тысячи служащих, в том числе три роты ОМОНа. В этом смысле назначение нового министра после смены президента — процедура стандартная и логичная.
Другое дело, что Эрислава Мамиева отправили в отставку слишком быстро. Со стороны выглядело, как решение задачи первоочередной важности. В пользу экстренного шага Марата Камболова говорит и тот факт, что в республике он человек новый и ко времени назначения и.о. президента не имел даже отдалённого представления о местных милицейских кадрах. Но всё-таки даже для человека со стороны было очевидно, что ситуация в ведомстве требует срочных мер.
Во времена президентства Гаглоева МВД превратилось в обслугу местного криминала. Даже не в «крышу», а именно в обслугу, потому что «крышевание» предполагает доминирующую позицию над подопечным. Здесь было ровно наоборот. МВД оказалось на посылках у ОПГ, возглавляемой младшим братом президента Гаглоева. Силовиков, не проявлявших приличествующего братве уважения, лупили прилюдно в офицерских кителях. Одной из обязанностей министра внутренних дел было указать пострадавшему на его «ошибки», убедить не поднимать шума (не то хуже будет), но сделать выводы из своего неправильного поведения. Были случаи, когда в качестве компенсации морального ущерба и поощрения «за правильные выводы» пострадавшего офицера продвигали по службе. В общем, на момент избрания Камболова президентом офицерский состав МВД был разобщён и деморализован.
Назначение Радиона Габараева
30 июня (на седьмой день после назначения и.о. президентом) Марат Камболов отправил в отставку Эрислава Мамиева и назначил на пост министра внутренних дел полковника Радиона Габараева. По информации источников, новый министр был креатурой Михаила Миндзаева, экс-главы МВД РЮО в 2005–2008 годах. Назначение по протекции в глазах местных наблюдателей выглядело вполне логичным, учитывая, что своих кадров в МВД у Камболова не было. Претензий к кадровому решению также не возникло — у Михаила Майрамовича репутация приличного человека, да и к его подопечному особых претензий не возникало. По отзывам сотрудников ведомства, Радион Габараев не замарал мундир участием в подлых историях.
После назначения Габараева некоторые из спикеров были уверены, что это временное решение, причём заранее обговорённое. Якобы его задача в том, чтобы привести ведомство в чувство, подготовить его к передаче преемнику. В качестве бонуса за проделанную работу полковник получит звание генерал-майора (уже получил) и генеральскую пенсию.
Место будущего министра эксперты прочили полицейскому из Северной Осетии Олегу Гагиеву. 7 октября он был назначен начальником Управления по борьбе с экономическими преступлениями. По сообщению пресс-службы МВД, «он имеет многолетний опыт практической работы в подразделениях по борьбе с экономическими преступлениями в правоохранительных органах Северной Осетии».
Впрочем, версия «о временном назначении» не подтвердилась. Указом № 427 от 15 октября югоосетинский президент переназначил Радиона Габараева министром внутренних дел.
Отставка Ацамаза Сагкаева
Ещё одно из принципиальных кадровых решений по спасению милицейского ведомства — освобождение от должности первого заместителя министра и начальника криминальной милиции Ацамаза Сагкаева. Его выходу из тени в качестве пособника ОПГ предшествовала история с неудачным задержанием фронтмена президентского ОПГ Хоха Габараева.
20 сентября прошлого года во время праздничных мероприятий, посвящённых 35-й годовщине провозглашения республики, у Сергея Кириенко с Аланом Гаглоевым состоялся крайне неприятный для президента РЮО разговор. Сергей Владиленович высказал Алану Эдуардовичу всё, что думает по поводу криминальной ситуации в республике. Гаглоев был вынужден уступить — Хоха Габараева объявили в розыск. Вскоре в распоряжении ОМОНа, отвечающего за задержание опасных преступников, появилась наводка, что разыскиваемый скрывается в одном из домовладений селения Барс Джавского района. Однако пока бойцы добрались до адреса, Габараев покинул убежище. При этом случилось так, что беглец забыл там свой мобильный телефон. Из истории звонков омоновцы узнали, что незадолго до их визита Хоху Габараеву звонил полковник криминальной милиции Виталий Дзахоев. История скверная: предупредить преступника о визите силовиков означает подвергнуть их жизни опасности. В криминальной истории Южной Осетии хватает сюжетов, когда в результате вооружённого сопротивления аресту милиционеры получали тяжёлые огнестрельные ранения.
Бойцы ОМОНа сообщили о предательстве коллег своему командиру Алиму Габараеву. Вместе они отправились за разъяснениями в офис криминальной милиции. Полковник Дзахоев оправдывался тем, что действовал не по своей воле. С его слов, он вынужден был подчиниться приказу своего непосредственного руководителя, начальника криминальной милиции и первого заместителя министра внутренних дел Ацамаза Сагкаева. Содержание беседы командира ОМОНа и первого замминистра осталось тайной. Известно лишь, что милицейские начальники выясняли отношения на повышенных тонах, и что Алим Габараев не удержался от нескольких физических замечаний Ацамазу Сагкаеву.
Отставка Сагкаева состоялась 7 августа, то есть спустя месяц после назначения Радиона Габараева, поэтому выглядит как результат селекции кадров со стороны нового главы МВД.
Первым заместителем министра внутренних дел и начальником криминальной милиции стал Ацамаз Харебов. С августа 2021 по октябрь 2023 года они работали вместе — Габараев начальником Цхинвальского ГУВД, а Харебов его первым заместителем, пока начальник столичной милиции не написал рапорт об отставке в связи с выходом на пенсию. Как тогда говорили коллеги, ушёл по принципиальным соображениям, не желая приспосабливаться к новым реалиям. Его место занял Ацамаз Харебов, но и он через полгода ушёл на пенсию по тем же соображениям.
Другие назначения
Ещё одно кадровое решение президента Камболова: 7 августа 2026 года он освободил в связи с уходом на пенсию Геннадия Лалиева от должности замминистра внутренних дел и начальника милиции общественной безопасности МВД РЮО и назначил на эту должность Игоря Плиева.
Эта ротация заслуживает внимания не столько отставкой Лалиева, сколько назначением Плиева. В 1992 году, в разгар конфликта, 19-летний Игорь Плиев поступил в ОМОН, в то время выполнявший роль не столько милиции, сколько вооружённых сил. В отряде он прослужил 31 год. С 2011 года — командир Отряда милиции особого назначения МВД. В 2023 году президент Гаглоев назначил его заместителем министра внутренних дел — начальником Штаба МВД, а ещё через два года отправил в отставку. Фактически это было отстранение Плиева от командования ОМОНом через формальное повышение. На его увольнении из отряда особого назначения настоял Хох Габараев. В то время криминал курировал деятельность милиции. Но просто уволить Плиева из рядов МВД было делом хлопотным — ОМОН мог взбунтоваться, а это три роты профессиональных бойцов. Кроме того, их протест мог воодушевить милиционеров из других подразделений… Поэтому решили поднять его по карьерной лестнице, хотя, как говорили тогда сослуживцы, сам Плиев не хотел уходить из подразделения, которому посвятил всю жизнь.
Неполная отставка и уголовные дела
Закончить тему кадровых перестановок в МВД можно тем, с чего начинали: отставка Эрислава Мамиева получилась неполной. Как оказалось, он совмещал с министерским постом должность заместителя руководителя Службы внешней разведки. Со слов сослуживцев, выходит так, что СВР его как бы откомандировала в МВД, и теперь он вернулся на место прежней службы.
В то же время неприятности для Мамиева и его первого заместителя Сагкаева на увольнении с должности министра не закончились. 9 октября Генеральная прокуратура закончила проверку на предмет законности выдачи наградного именного оружия должностными лицами МВД. Выяснилось, что Сагкаев дважды награждал своего шефа именным огнестрельным оружием, причём однажды презентовал министру автомат. Это при том, что по закону награждать можно только короткоствольным оружием.
По выводам прокурорской проверки, «при решении вопроса о награждении именным наградным оружием министра внутренних дел… требования закона не были соблюдены, что повлекло за собой нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. … По данному факту Следственным управлением Генеральной прокуратуры… в отношении бывшего первого заместителя министра внутренних дел Республики Южная Осетия возбуждены два уголовных дела по признакам преступления, предусмотренного пунктом „е“ части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (превышение должностных полномочий, совершённое из иной личной заинтересованности)». Санкция пункта «е» части 3 статьи 286 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от трёх до десяти лет.
Иными словами, всё указывает на то, что отставками дело не ограничится. Создаётся впечатление, что президент настроен разобраться в злоупотреблениях силовиков и дать им правовую оценку. Спикеры выражают надежду, что «разбор полётов» не сведётся к высшему руководству МВД, если, конечно, президент всерьёз намерен вернуть доверие граждан к милиции.
Подписывайтесь на нас в соцсетях