В минувший понедельник в Москве на международной конференции «Перспективы развития транспортно-логистических сетей Южного Кавказа» прокремлевские исследовательские структуры представили проект сквозного железнодорожного и автомобильного сообщения между Россией, Грузией и Арменией через Черноморское побережье под рабочим названием «Путь Путина». План, разработанный директором российского Национального исследовательского института развития коммуникаций (НИИРК) Владиславом Гасумяновым, активно лоббируют ряд армянских экспертов, позиционируя эту идею как инструмент «деблокировки» региона и призывая искать «свежие неполитические решения» в попытке встроить российский проект в официальную концепцию армянского правительства «Перекресток мира». Однако независимые кавказские аналитики называют проект исключительно элементом гибридного политического давления Москвы.
«Изменение геополитических реалий»
Международная конференция, проведенная в Москве, была совместной инициативой Национального исследовательского института развития коммуникаций Российской Федерации, Центра российских исследований Ереванского государственного университета и Центра исследования российско-армянских отношений Института востоковедения. Главным лейтмотивом продвигающих «Путь Путина» экспертов является «изменение геополитических реалий на Южном Кавказе».
«Политическая и геополитическая ситуация на Южном Кавказе сегодня существенно изменилась, в связи с чем вопрос разблокирования железнодорожного сообщения в регионе вновь выходит на повестку, но уже в принципиально новых условиях», — заявил директор Центра российских исследований Ереванского госуниверситета Арам Сафарян, выступая на московской конференции.
В каком именно направлении изменилась геополитическая обстановка, эксперт не объяснил. Он лишь напомнил, что еще в 2016 году впервые началось обсуждение возможности разблокирования железнодорожного сообщения по линии Москва — Тбилиси через самопровозглашенную республику Абхазия. Однако, по словам Сафаряна, инициатива в дальнейшем не получила развития и фактически была остановлена.
«Процесс заглох. Заглох, потому что обстоятельства были другие. И потому что political и геополитическая ситуация на Южном Кавказе была совершенно другой», — повторил свой главный тезис Сафарян.
Второй продвигаемый тезис — о возможности включения этой инициативы в единую транспортно-логистическую систему Южного Кавказа.
«Путь Путина» следует рассматривать не как конкурирующую с другими транспортными инициативами идею, а как возможность включить ее в общую транспортно-логистическую систему Южного Кавказа», — отметил Сафарян.
Этой же линии придерживается глава исследовательского центра «Альтернатива» Татул Манасерян. В своем докладе «Возможные последствия реализации российской инициативы «Путь Путина» для транспортно-логистических сетей Южного Кавказа» он рассказывает, как перезапуск железной дороги мог бы способствовать развитию всего региона.
Впрочем, об изменившихся геополитических реалиях Манасерян говорит конкретнее. По его оценкам, развитие российско-грузинских отношений в последние годы демонстрирует определенный пересмотр прежних подходов в Тбилиси. В частности, эксперт обратил внимание на то, что грузинская политика, по его оценке, все «в большей степени рассматривается через призму национальных интересов страны, а не исключительно в рамках ориентации на Запад».
«Благоразумие грузинской политической элиты, как мне кажется, позволит ей проанализировать ситуацию и при развитии любого политического сценария рассматривать перезапуск этой железной дороги как способствующий, а не мешающий фактор», — отметил Манасерян в своем докладе.
Армянские экономисты: Междунадодно-правовой тупик
Несмотря на гипотетическую выгоду сквозного транзита для изолированной Армении, независимые армянские эксперты указывают на невозможность реализации проекта на российских условиях.
Директор Армянского центра исследований (ARI) Грант Микаелян говорит о том, что транспортные маршруты Южного Кавказа необходимо рассматривать не только с экономической, но и с геополитической точки зрения. Микаелян согласен с тем, что в регионе происходит изменение баланса сил. Однако смещается он отнюдь не в сторону России. По мнению эксперта, Турция усиливает свое влияние на Южном Кавказе, сохраняет значительное влияние в Азербайджане и развивает стратегические связи с Грузией, тогда как российское присутствие в регионе, наоборот, сокращается. Россия при этом, отметил эксперт, остается важным региональным игроком, однако ее роль трансформируется на фоне происходящих изменений.
Отдельно эксперт остановился на TRIPP, который, по его мнению, также следует рассматривать в контексте изменения геополитического баланса на Южном Кавказе. Он считает, что проект имеет не только транспортное, но и политическое измерение, поскольку связан с изменением роли различных внешних и региональных игроков.
Надо отметить, что железнодорожная инфраструктура Армении была передана в концессионное управление дочерней структуре Российских железных дорог — Южно-Кавказской железной дороге (ЮКЖД) — в феврале 2008 года сроком на 30 лет с правом продления ещё на 10 лет. До недавнего времени это воспринималось как гарантия того, что масштабные транзитные проекты в Армении без участия России реализованы не будут. Ситуация изменилась именно после подписания соглашения об организации «Маршрута Трампа» в августе 2025 года. С этого момента в Москве начали искать собственные «маршруты», чтобы окончательно не оказаться за бортом процесса разблокирования коммуникаций на Южном Кавказе.
Однако, по оценке Гранта Микаеляна, маршрут, который предполагается реализовать в рамках TRIPP, в его нынешнем виде сам по себе не обеспечивает полноценного выхода Армении из транспортной изоляции. Теоретическая возможность ее сократить восстановлением железнодорожного сообщения через Черноморское побережье, по словам эксперта, сталкивается с серьезным политическим препятствием — реакцией Грузии.
Грузинский контекст: жесткое табу
Официальной или экспертной реакции непосредственно на «Путь Путина» из Тбилиси пока не последовало. Сама московская конференция от 28 сентября и озвученные там лоббистские заявления российских и армянских экспертов грузинской стороной к настоящему моменту полностью проигнорированы.
При этом базовая позиция властей Грузии относительно идеи восстановления сквозного транзита через де-факто границу по реке Ингури остается неизменной и бескомпромиссной. Когда в феврале 2026 года вице-премьер РФ Алексей Оверчук заявил, что «ведется работа над разблокированием всех нарушенных путей на Кавказе, в том числе рассматривается возможность восстановления железнодорожного сообщения между РФ и Грузией через территорию Абхазии», официальный Тбилиси отреагировал заявлением, что Грузия не будет вести никаких переговоров и коммуникаций с РФ по поводу абхазского участка железной дороги до тех пор, пока Россия не выведет свои военные базы из Абхазии и Южной Осетии.
Грузинские аналитики в сфере безопасности подчеркивают, что открытие сквозного движения в обход Закона об оккупированных территориях — без восстановления полноценного грузинского таможенного и пограничного контроля на реке Псоу — юридически невозможно. Любые попытки запустить поезда на условиях Кремля рассматриваются в Тбилиси как прямая угроза суверенитету, способная спровоцировать масштабный внутриполитический кризис. Таким образом, проект «Путь Путина» на сегодняшний день остается исключительно декларативным пропагандистским маневром Москвы, оторванным от международно-правовых реалий региона.